— Я, конечно, не разбираюсь, но ты уверена, что в такой сложной штуке, как автомобиль, используются обычные свечи? — Артур понизил голос почти до шёпота и слегка наклонился к Чарити, словно собирался поделиться с ней крайне важным наблюдением. — Даже мы уже стараемся выводить их из обихода. А магглы, судя по всему, в этом вопросе продвинулись куда дальше нас.Arthur Weasley

Все эти мелочи, навроде сувениров и платков создали в его спальне совершенно особую атмосферу. Да и увидеть тонкий кружевной чулок, небрежно свисающий со стола, он тоже был совсем не прочь. Парень мысленно улыбнулся, заметив дерзкую улику прекрасно проведенного накануне вечера.Gram Padgett

Гидеон успел представить примерно десяток вариантов того, что скрывалось за словами «возможность смерти от удара током». Ни один из них ему не понравился. — А, ну если всего лишь небольшая возможность, тогда я спокоен, — отозвался он.Gideon Prewett

Заклинанием приводит Лили в сознание Ремус уже когда они оттолкнулись от берега. На всякий случай, если вдруг погода испортится за то недолгое время, пока они будут плыть, и лодку начнёт качать. Не хотелось бы, чтобы Лили вывалилась в воду. — Лили Поттер, стажёр аврората, я должен чистосердечно признаться, — удостоверившись, что она открыла глаза и можно с чистой совестью взяться за вёсла, — мы угнали лодку. Там ещё была моторная, но такой я управлять не умею. Remus Lupin

Он назвал её дурой. Дурой. Слово, которое Снейп бросил когда-то в коридоре Хогвартса и которое разрушило дружбу длиною в жизнь. И Джеймс — Джеймс, клявшийся, что никогда не станет подобием этой мрачной слизеринской паскуды, — повторил это слово. Точнее, не то же самое, но по смыслу равное. Он обесценил её боль, её отчаяние, её готовность переступить через собственную гордость ради матери. Он встал в позу, раздулся от праведного гнева, начал рассуждать о том, кто и что заслуживает. Пока его жена стоит на краю пропасти и тянет руки к единственной соломинке, какой бы скользкой и грязной эта соломинка ни была.James Potter

Все стремились к теплу, ибо солнце уже почти скрылось, а сами улицы Хогсмида стали зажигаться разноцветными огоньками, ещё не снятыми после праздников. В такой прохладный вечер всем хотелось к пламени камина. Насыщенному, яркому, как торчащие из-под шарфа волосы девушки, прошедшей мимо них и даже не взглянув в их сторону. Блэк почти машинально повернул голову вслед удаляющейся макушке и на несколько шагов выпал из разговора. Это точно была она? Ну как же сильно ей не подходила её фамилия… С ней сливаться бы со стеной дешевой больницы или со снежными сугробами в глубоком лесу.Regulus Black

Именно любование последним вкупе с лестью студентки, которой Янус заслушался, он впоследствии винил в том, что не заметил тихого приближения опасности. Опасность выглядела как недовольный всем мужчина и звучала как громовещатель, заточенный на сарказм и оскорбления, мастерству которого завидовал Янус, с той лишь разницей, что громовещателя хватает на пару минут, а Гиппократа Сметвика, по слухам и уверению Гелберта на полноценный рабочий день.Janus Thickey

Нить столь значимого разговора сворачивалась в клубок и уносилась вдаль следом за мужчинами, даже если не все из них были таковыми в реальности, но номинального статуса было достаточно, если за ним шло шуршание фунтов. Опять они определили чью-то судьбу — рассчитали будущее оставленного всеми мальчика беспристрастным ростовщическим образом, но чего еще можно было ожидать в стране, чье управление сочло перенаселение проблемой, а социальные траты — за рамками ключевого бюджета. Оставалось лишь неуверенно радоваться, что их деньги были приняты раньше, чем от нескованных ни рамками морали ни финансовыми трудностями пожирателей, и пытаться всеми доступными способами не знавшей окклюменции девушке не впускать в свой разум сковывающий страх о том, что может произойти с приютом и остальными детьми, если те, кто мог искать Кевина, решат не оставить от этого места камня на камне.Julia White

«Смотрины» — отдающее нафталином и накрахмаленными простынями слово, припрятанное где-то на дне сундука викторианской бабки или же рдеющей чистокровной девицы. По всем параметрам оно не должно было иметь никакого отношения к Гестии Джонс, но «восходящая звезда квиддича» и «несравнимый потенциал» собирали в очередь вереницу рекрутеров, и деловые встречи с ними ловец гриффиндорской команды не могла описать никаким иным образом.Hestia Jones

Вот уж точно, слово «хороший» и криминальный авторитет Лютного — практически антонимы. Хотя, наверное, по меркам многих «коллег» Арман и правда был слишком мягок — значительно мягче своего предшественника. Но своё право на статус он уже неоднократно отстоял и доказал. Джонс должна была догадываться с кем связалась..Arman Scabior

И, не смотря на то, что воспоминания странным образом теперь оказывались исковерканны пониманием, что Эван в каждом из них точно знал, что бросит ее, она не могла на него злиться. Каждый раз целуя ее, он готов был попрощаться. А может, прощаясь каждый вечер, он действительно подбрасывал новенький начищенный галлеон, решая, разобьет ли сердце ей сегодня или чуть позже?Marlene McKinnon

Стоило школьному составу замереть у края платформы и распахнуть двери вагонов, как черное море ученических мантий выплеснулось на «берег». Пальцы Александрит нервно сжимались и разжимались, пока внимательный взгляд матери пытался выцепить или светлую копну стремительно растущих кудрей Сетоса или младшего растрепанного вороненка. Тщетно, все равно что пытаться отличить одну морскую каплю от другой в попытке расслышать голоса сыновей среди других радостных возгласов и приветствий.Alexandrite Avery

Морвран мог бы в очередной раз позанудствовать, что привидения не способны обучаться и менять свой характер, поскольку являются лишь слепком души волшебника, застрявшим в одном возрасте и состоянии, но портить эмоциональный подъём супруги в этот день не хотелось. Не так часто они выбирались куда-то вместе — пусть в последние годы и чаще, чем раньше — и тонкости природы мёртвых могли подождать.Morvran Avery

Кристофер любил школу, даже несмотря на то, что в своей показушной идеальности эти старые стены просто пускали пыль в глаза. Заповедник, где, брошенные в один котел, росли все поголовно зверята из детских книжек, от лягушек до львов, каждый год прятал в стенах коридоров сотни мелких историй. Сегодняшнее грубое слово могло стоить должности в Министерстве завтра, равно как щедрое позволение списать домашку могло однажды принести разрешение открыть свою лавку в Косом. А потому расслабляться в школе не стоило, равно как и верить её внешней беззаботности.Christopher Thorn

Он успел привязаться, Успел впустить Эвана туда, где сам редко бывал достаточно честным с собой. А теперь стало страшно. Днем, рядом с ним, это почти не ощущалось, а здесь, в тишине, мысли быстро находят всё, за что можно зацепиться. Кто-нибудь заметит. Кто-нибудь спросит. Придётся отдернуть руку, отойти на шаг, сделать вид, что между ними ничего нет, и Уиспер заранее ненавидит себя за то, что, возможно, сумеет это сделать хорошо. Ещё страшнее представить, что Эван сумеет лучше. Whisper Whisp

— НЕ ЕШЬ МЕНЯ, НЕ ЕШЬ! — кричит человечек в его руке, упираясь в ладонь пряничными ручками. Эван растерянно отводит руку от лица, надеясь прекратить эту пряничную истерику, но неожиданно человечек начинает совсем другую песню: — ПОЧЕМУ ТЫ НЕ СЪЕЛ МЕНЯ? Я ЧТО, ХУЖЕ ДРУГИХ? Повернувшись к Уисперу с лицом «я ничего не понимаю», Эван ждёт, что же он будет делать со своим пряничным человечком. У него самого пока вариант только один: выкинуть его подальше в кучу листьев и надеяться, что пряничные ножки не смогут его догнать. Evan Rosier

Шутки Карадока Дирборна и задорный нрав всегда поднимали ей настроение. Эммелайн не шутила так искромётно и естественно, как Карадок, и её это вполне устраивало. Однако в его присутствии невозможно не подхватить эту игру в подростковое соревнование в остроумии. — Вижу лавку сладостей, вижу сувениры, вижу… как двое пытаются сдуть друг друга из рожков? Ну нет, это только после кружки сливочного пива. — Боишься, что мои лёгкие окажутся шире твоих? А если после сливочного пива — то это другое дело, конечно. — она наклонила голову и тоже приподняла одну бровь, только не удивленно, а поддразнивая аврора.Emmeline Vance

— Я убью Эвана Розье, — рыкнула Гестия, в одно мгновение искажаясь в лице и сжимая палочку в руках. Хотелось подскочить на ноги и перевернуть вверх дном хогвартские подземелья, пока не найдет прячущуюся на самом дне жалкую скользкую тварь. Ярость приливала кровью к лицу и расползалась по венам дальше греческим огнем и требовала выхода, и только мысль, что нельзя оставлять Марлин одну в таком состоянии, останавливала ее на этих ступенях — пусть и хотелось бежать.Hestia Jones

Разве можно было допускать, чтобы кто-то, нуждающийся в медицинской помощи, не получал ее по причине чрезмерной отчетности?! Халатность, вопиющая! Но причитания женщины ничего не изменят. Тем более не изменят состояние Марлин, ей сейчас нужны были вовсе не разговоры о том, как нужно вести дела в департаменте и как нет. Ей нужно было другое — почувствовать, что она делает все правильно. Что есть ради чего ждать следующего утра, даже если просто ради чашечка ароматного чая.Molly Weasley

Каждый раз, встречая его ответный взгляд, она расплывалась в такой дурацкой улыбке, будто ей тринадцать. Но что было поделать? Она была взволнована, счастлива и влюблена. Даже обстоятельства жизни, которые сейчас остались за стенами праздника не тяготили ее. Просто перестали существовать и воздействовать на нее гнетуще, стоило Сириусу сказать: «я хочу вернуть тебя». И она оказалась достаточно глупой и сумасбродной, чтоб согласиться. Пусть даже и зная как больно может быть впоследствии.Marlene McKinnon

Более того, постепенно выяснилось, что Молли с ним действительно хорошо. Не «хорошо» в том смысле, который родственники любят изображать за общим столом, когда все говорят о погоде и натянуто улыбаются. Гидеон видел Молли у них дома — растрёпанную, сердитую, смеющуюся с полным ртом, спорящую с Артуром из кухни так страстно, будто собиралась запустить в него половником, а после зацеловать. В доме обычно пахло чем-нибудь вкусным, на столе обязательно обнаруживалась лишняя кружка, а сам Артур среди всего этого хаоса выглядел совершенно счастливым. Этого оказалось достаточно, чтобы мнение остальных Пруэттов о «неподходящей партии» довольно быстро потеряло для Гидеона всякое значение.Gideon Prewett

В Хогсмид он пришел раньше назначенного. Снег уже успели утоптать до скользкого блеска, над прилавками висели гирлянды, зачарованные свечи покачивались под порывами ветра. Где-то продавали жареные каштаны, и от этого запаха Янусу вдруг сделалось девять лет. В девять ему запрещали есть на улице, разговаривать с незнакомыми людьми и пачкать перчатки. Он остановился у края площади, поправил шарф и спрятал озябшие руки в карманы пальто.Janus Thickey